Гетеры и музы 19-го века

Вступительные статьи:

Основные статьи:

Музы конца 18-го начала 19-го века получили название La Belle Dame sans Merci , Robert_Anning_Bell_-_La_belle_dame_sans_merciсловосочетание известное ещё со средневековье, но “всплывшее” в описываемое время. На русский его обычно переводят как “безжалостная красавица”, но этот перевод мне кажется не очень удачным.Представляется, что было бы более уместным, переводить это словосочетание как “холодная красавица”. С жалостью у неё, как правило, было всё нормально, а вот своей милостью (“merci”- в данном случае, интимной близостью) она делится весьма скупо. Прежде чем рассказывать о российской музе данного подвида считаю необходимым рассказать о ее французском прототипе,  ибо в тот период была мода на все французское и русские дамы (как впрочем и дамы Италии,  Германии,  Швейцарии и других европейских стран) уверенно кроили себя по французским лекалам.  Одним из наиболее известных лекал la belle dame sans merci была Жюли де Рекамье и в воспоминаниях людей того времени мы периодически читаем: «Рекамье того салона была мадам такая-то…». Сия всемирно известнейшая муза прожила долгую и яркую жизнь и ознакомиться с ней, было бы весьма полезно для нашего дальнейшего рассказа.

Мадам де Рекамье

“Всего труднее обладать теми добродетелями,

которые в глазах людей не отличаются от пороков”.

Жермена де Сталь

    Жизнь мадам Рекамье — поэма со многими действующими  лицами, хотя начало этой поэмы не было многообещающим. В крупном французском городе Лионе у незначительного чиновника по фамилии Бернар и его красивой жены родилась в 1777 году дочь. Назвали её по французски пышно: Жанна-Франсуаза-Жюли-Аделаида, но закрепилось короткое Жюли, в полном варианте — Жюльетта.5 Мягкий и недалекий господин Бернар влияния на дочь не имел, а вот мать не только передала ей свою красоту, но и научила заботиться  о  своем  очаровании.

В 16 лет Жюли Бернар выходит замуж за 42-х летнего, достаточно именитого в то время, парижского банкира Жака де Рекамье. Детишек этот брак не приносит, хотя и доставляет удовольствие обоим партнёрам. Жюльетта красива, остроумна, общительна и то, что сейчас называют “сексапильна”, т.е. притягательна для мужчин. Жаку льстит внимание мужчин по отношению к своей жене, тем более, что он использует это внимание для своего почётного ремесла парижского банкира. Вскоре по Парижу потянулись досужие слухи, что отношения супругов де Рекамье скорее напоминают не отношения мужа и жены, а отца и дочери. Что, дескать, подгуляла когда то красавица Бернар и теперь банкир посредством фиктивного брака решил заботиться о собственной дочери. Вообщем то, почему бы и нет?

В качестве свадеЖюлибного подарка Жак купил для Жюли особняк бывшего королевского министра финансов Неккера в Париже, где она впервые и стала принимать гостей. Вскоре эти визиты  превратились в знаменитый салон. Её красота расцвела. «Мадам де Рекамье, — пишет современник, — не носит никогда бриллиантов, ее туалет изысканной простоты не допускает ничего, кроме жемчуга… Ее красота имеет ту особенность, что она более притягательная, чем ослепляющая с первого взгляда. Чем больше ее видишь, тем  красивее её находишь»

Жак Рекамье, гордый своей женой, покупает ей ещё и замок Клиши, где она также устраивает блестящие приемы. Вся эта яркая, но поверхностная жизнь меняется от одного  счастливого  случая.

Этот случай — знакомство в 1798 году Жюльетты де Рекамье (21 год) с уже известной писательницей мадам Жерменой де Сталь (32 года). Знакомство,Жермена которое очень скоро переросло в столь экзотичный и редкий цветок, как бескорыстная и жертвенная дружба двух женщин, столь разных по происхождению и темпераменту. Госпожа де Сталь, как известно, имела мужской ум, сильный и экспансивный, госпожа же де Рекамье — нежный, женский, обладающий свойством понимания. Жермена являла собой силу, а Жюльетта — грацию; первая фонтанировала мыслями и идеями, вторая — быстро их воспринимала и усваивала. Мадам де Сталь внесла в жизнь Жюльетты  всю магию своего ума и таланта. Она же ввела Жюльетту в литературный мир того времени и познакомила со всеми выдающимися литераторами и поэтами того времени. Многие из них стали завсегдатаями её салона, по достоинству оценив  её красоту, внимательность и тактичность.

Что же касательно сердечной взаимности, то горячие чувства мужчин госпожа де ДжульеттаIРекамье (не отрицавшая ни мужскую, ни женскую телесную близость) старалась превращать в платонические, пребывая в статусе la belle dame sans merci. Не все с этим соглашались, но многие приняли такой вид отношений. И совсем не потому, что, как говорят историки, она всегда умела всегда сказать каждому что-нибудь приятное и найти связывающие всех нити разговора. Да, вести и поддерживать разговор она действительно умела, но в её салон приходили не за этим, а за возможностью ощутить на себе её взгляд. За возможностью, увидев обращённую к ним улыбку, ощутить неожиданно выросшие за спиной крылья. За естественное рождение афоризмов, словесных экспромтов, эпиграмм и поэтических шедевров, наличие которых в себе и не подозревал и которые приводят в бурный восторг окружающих. За этим в её салон приходили люди самых различных партий, профессий и наклонностей. Здесь можно было встретить брата Бонапарта — Люсьена, маршала Бернадота, принцев королевской крови, банкиров, богатых торговцев и нищих поэтов. Одни воспевали её в стихах, другие бескорыстно помогали выручать из беды её близких и родных.

В 1803 году случается несчастье. Находившаяся в постоянной оппозиции ко всем политическим режимам Франции  госпожа де Сталь неоднократно подвергалась преследованиям, а в 1803 была окончательно изгнана из Парижа и переезжает в своё поместье на берегу Швейцарского озера. За то же высылают и двух преданных поклонников госпожи де Рекамье, братьев Монморанси. И Жюльетта, до того времени равнодушная к политике, переходит  в открытую оппозицию к фактическому хозяину Франции — Наполеону. Когда об этом говорят историки, заламывая руки в восторге от её смелости, они делают это совершенно зря. РекамьеГоспожа де Рекамье не была смелой — она была музой, а музе не свойственен страх вообще — ей ведомо только наслаждение собственной красотой. Министр полиции могущественный Фуше (один из ее тогдашних друзей) очень желал представить ее ко двору, почти уже императора французов. Многие представители из французской аристократии были уже там. Фуше даже намекал мадам де Рекамье на возможность более интимных отношений между нею и императором. Но прекрасная Жюльетта только улыбнулась на это предложение. Во всей своей ослепительной роскоши она появляется в Неккер-отеле. Это показушное сооружение, настоящий музей, становится местом встречи парвеню нового режима, а также ностальгически настроенных фигур старого. Число ее поклонников еще более увеличивается. Сама же госпожа де Рекамье — неприступна. Вот если бы господин Бонапарт приехал лично к ней и в глазах его она прочитала бы восхищение её красотой — тогда она возможно простила бы Бонапарту этот неприятный эпизод с мадам де Сталь.

Но Наполеон имел собственное видение ситуации — в 1803 г. он закрывает салон. В отместку мадам Рекамье отказывается от места фрейлины во дворце Тюильри, которое ей предлагает Император. С этого момента их отOLYMPUS DIGITAL CAMERAношения становятся весьма напряженными. В 1805 году, когда Жаку Рекамье угрожает банкротство, Наполеон не дает ему остаться на плаву и в 1806-м году банкир разоряется. Как следствие, госпожа де Рекамье вынуждена покинуть Париж. Она переехала в Коппэ на берег Швейцарского озера (под бочок мадам де Сталь) и, что неудивительно, почти весь её салон перекочевал вслед за ней. Более того, в провинциальном Коппэ у неё образовался ещё целый ряд поклонников. Среди Августлюдей, встреченных ею в Коппэ, был принц Август  Прусский. Принц влюбился в Жюльетту и на этот раз, как говорила сама la belle dame sans merci, это был единственный человек, в ответ на чью  любовь забилось ее, до той поры спокойное, сердце. Однако, для того, чтобы выйти замуж, ей нужно было развестись с её недавно разорившимся мужем и покинуть ложе госпожи де Сталь. Когда она приехала поговорить с ним, Жак Рекамье лишь грустно улыбался. Он, уже состарившийся и почти нищий, не собирался препятствовать её предполагаемому счастью, но не хотел брать на себя решение этого вопроса.

Как пишут сентиментальные историки: “В нежной и мягкой душе Жюльетты происходит тяжелая борьба: она не может бросить мужа, тем более в таком положении. Она разрывается между своим долгом по отношению к нему и своей любовью к Августу. Решить в ту или другую сторону сразу, она не может и откладывает со дня на день свое окончательное решение”.

Читать эту слезливую чепуху и смешно и досадно. Мадам Рекамье не рвёт своих отношений с мужем вовсе не потому, что у неё какие-то обязательства перед ним. Она — муза, а у муз нет обязательств в матримониальном мире. Она разрывается на части совсем по другой причине: если она разведётся с Жаком де Рекамье, то далее ей светит перспектива выйти замуж за Августа. А это, в свою очередьaugust_preussen1779_bild значит, во-первых — переезд в Пруссию, а во-вторых, лишение себя прелести насыщения восторженными взглядами госпожи де Сталь. После длительных лекций Жермены о прелести германских государств, Жюли, конечно же, полюбила Пруссию. Но не на столько же … У парижан Пруссия не числилась в галантных странах, в случае брака с Августом её возможности общения в этой стране были бы весьма ограничены. Организовать французский салон в Берлине было бы очень проблематично. Как говорила баронесса де Сталь: “Веселость у французов происходит от их духа общительности, у итальянцев — от воображения, у англичан — от оригинальности характера; веселость же немцев — философическая: они шутят скорее с вещами и с книгами, чем с себе подобными”.  Да и как она вообще сможет прожить без Жермены? Так что брака своего с нищим господином де Рекамье она не разрывает, а Августа, из избранных, переводит в разряд обычных воздыхателей.

Семь последующих лет она проводит вне Парижа, посещает Италию. В любом месте открывает свой салон и что удивительно, будучи официально изгнанной из Парижа Наполеоном, без особых усилий привлекает в свой салон новых людей. Её красота действует на мужчин неотразимо и безотказно. Не взирая на то, что Наполеон  сказал, что считает каждого иностранца, хоть раз посетившего салон мадам Рекамье, своим личным врагом — мужчины безвольными мотыльками слетаются на огонь её красоты и очарования. Не избежал её салона даже наполеоновский маршал Мюрат. Но всё равно это годы изгнания. Как говорила всё Давидта же мадам де Сталь “Годы проведённые на чужбине подобны ветвям отрубленным от дерева”.

А потом приходит время и Жюльетты. В 1815-году Наполеону достаётся выигрышный билет на турпоездку в один конец на остров святой Елены, а 38и-летняя госпожа де Рекамье под гром победных фанфар возвращается в Париж. Ко времени приезда ее в Париж денежные дела Жака Рекамье снова поправились. Вновь открытый салон Жюльетты получает европейскую известность. Никогда еще прелестная Жюли не была так окружена и так многими любима, как в это время. Образ ее вдохновляет поэтов.

В 1817 году умирает Жермена де Сталь и в этом же году она встречает Рене де Шатобриана. Появившись в салоне мадам Рекамье, известный писатель попадает под очарование, как говорил Сен-Бёв, “сладкого гения”. В нем нашла Жюли своего рыцаря, он в ней свою музу.

Когда он подошел к Жюльетте, ему было 50 лет, мадам де Рекамье — 40. Очаровав её силой своего литературного гения и непомерного эгоизма он сильно изменилchateaubrand круг её общения, ибо не любил шумное общество. Ужиться с ним было весьма непросто, ибо одной из его любимых мыслей было: “Презрение следует расточать весьма экономно, так как число нуждающихся в нем велико”. Жульетта приняла это и, продолжая наслаждаться его специфически выражаемым восхищением, не переставала любить его. И как положено божественной музе, не требовала ничего взамен. Более того, именно она, используя свои обширнейшие связи, смогла добиться для Шатобриана министерского портфеля, а затем назначения посланником в Англию. Ими обоими это воспринималось это как должное. После недолгого общения с ней он напишет: “Без женщины мужчина оставался бы грубым, суровым, одиноким и никогда не знал бы всех тех прелестей, которые — лишь улыбки любви. Женщина обвивает его цветами жизни, как вьющиеся растения украшают своими ароматными гирляндами ствол дуба”.

И вот, в течение отведённых ей оставшихся тридцати лет, мадам Рекамье старается смягчить и успокоить человека, который не может простить жизни, что она менее разнообразна, чем его фантазия, и менее богата, чем его ум. Друзья отошли для мадам Рекамье на второй план, в том числе и братья Монморанси, и принц Август, не перестававший поддерживать с ней переписку и любить ее издалека. К концу 1819 года ее муж разоряется вторично и опять мадам Рекамье меняет светскую жизнь на совершенно замкнутую.

СтаростьОна снимает маленькую квартирку на четвертом этаже в Оббей-о-Буа и поселяется там одна, уже без мужа. Все, кто бывали в ее роскошной прежней квартире, приходили также аккуратно и в ее скромный, почти монашеский приют. Так пройдут отведённые ей жизнью остатние 30 лет. Многие будут удивляться её спокойствию и терпеливости; тому, что проведя большую часть жизни в роскоши и неге, она без малейших жалоб на судьбу переселилась в две маленькие монастырские комнатки. Они просто не знали, что такова природа музы: с благодарностью принимать то, что даёт тебе жизнь и не просить ни у неё, ни у кого-нибудь ещё НИ-ЧЕ-ГО!

PS: Спустя тридцать с лишним лет, на глазах всего города, ежедневно в три часа пополудни парализованный Шатобриан приказывал нести себя в паланкине к женщине, без которой уже просто не мыслил своей жизни. Его встречала всегда приветливая и заботливая мадам Рекамье, к тому времени почти совсем ослепшая. Впрочем, и теперь в ее доме звучали стихи и музыка…

Реклама