Охота сиятельных персон

 

Император всероссийский Павел I

(Павел Петрович Романов)

Охотничьи угодья Гатчины достались 29-и летнему наследнику российского престола Павлу Петровичу в 1883 году. До той поры они уже 18 лет как принадлежали одному из ближайших подельников Екатерины II-ой Григорию Орлову. Тот обустроил в лесном массиве Гатчины парк “Зверинец”, наводнил его звериками различных мастей и пород и развлекался в оном в полное своё i-ya-mettenlyaiter-zverinec-v-gatchinskom-parke-1792орловское удовольствие.

Полное орловское удовольствие было не из затейливых. На лесных участках и полянах «Зверинца» были устроены загоны, обнесённые изгородью из еловых и березовых кольев. В них жили на свободе специально привезённые в Гатчину олени, дикие козы, лани и местные обитатели северных лесов: лоси и зайцы. В 1768 году в «Зверинце» были торжественно выпущены на свободу фазаны, доставленные из Англии. К загонам устроители парка проложили тропинки и дорожки, которые должны были облегчить и упростить возможность охоты на зверей. Охота Григория же Григорьевича состояла в следующем: он устраивался в одном из загонов, давал команду егерям и они начинали гнать на него дичь, в которую господин Орлов стрелял пока его сиятельству не надоедало.

Однако вернёмся к российскому принцу. За год до получения Гатчины Павел pavel1Петрович вернулся из длительного заграничного турнэ. Он со своей молодой женой путешествовал по Европам почти два года и насмотрелся множества иноземных причуд и диковин. По возращению руский царевич думал, что матушка сдержит своё царское слово и отдаст ему российский престол (которого он ожидал уже 13 лет), но матушка сказала, сразу она это сделать не может и будет это делать по частям. Начнёт с передачи в его единоличное пользование Петербургского пригорода — мызы Гатчины. Павел принял удар стоически. Над ним уже давно, даже в присутствии матушки, издевались её любимцы Орловы, Потёмкин и другие. Это новое издевательство не слишком отличалось от прочих. “Что ж, — решил он, — Гатчина, так Гатчина” и принялся обустраивать подаренную ему мызу по европейским лекалам, свидетелем коих он был в европейском турнэ. Были проложены новые удобные дороги, доставлены необычайные звери (например, верблюды). И главное, Павел Петрович приказал сделать бреши в загонах, чтобы лани, лоси и косули могли пастись там, где сочтут пригодным.

Изменился и стиль охоты. Григорий Орлов, даже обретя власть, по прежнему оставался ленивым, скучающим помещиком средней руки, его тип охоты — Elena_Horvatova__Russkij_Gamlet._Pavel_I_otvergnutyj_imperatorзагонный — поверял в нём человека жадного до результата и не опытного красоте. Иное дело был российский царевич Павел Петрович. В Европе он произвёл очень хорошее впечатление. Там его сравнивали с Гамлетом, принцем Датским. Павел Петрович был рыцарем, а потому такой способ охоты как ленивое расстреливание нагоняемых на него зверей, считал делом низким и подлым. В отличии от Григория Орлова, наследник российского престола готовился решать вопросы мирового значения: объединение всех христианских течений в единое русло, обустройство идеального правления и пр., а потому и охота его должна быть явлением необычным.

Когда егеря подводили его к месту где паслись лани, Павел Петрович спешивался и некоторое время любовался ими, живущими в естественных условиях. Затем давал команду егерям спугнуть животных, садился на коня и со свитой huntустремлялся в погоню. Следует заметить, что никакого оружия  у наследника российского престола не было. Не было даже ножа. Цель охоты состояла в том, чтобы нагнать отмеченное животное и прямо на бегу погладить его.

Следует отметить и условия охоты. Лес Гатчинского зверинца представляет собой обычный лес северо-запада России. Перемещение животного и всадника в нём принципиально различны. Низкорослое животное прекрасно передвигалось под ветвями берёз, осин и и сосен, в то время как всадник на лошади всегда _pavel2находился на линии нижних, как правило, весьма жёстких ветвей. В этом и была особенная изюминка Павловской охоты. Низко пригнувшись к шее коня, Павел нёсся галопом по лесному массиву преследуя юркую дичь. Ветви хлестали его с разных сторон, он как мог уклонялся от них и продолжал преследование. Поначалу его сопровождала свита, но постепенно она редела. Всадники либо вылетали из сёдел, поражённые древесными ветвями, либо добровольно останавливались, чувствуя собственную неспособность. Павел же, уворачиваясь от ветвей, нёсся не оглядываясь. Перед ним была добыча и он страстно желал достичь её. Как правило к концу охоты рядом с ним не оказывалось никого, лишь в 200-300-х метрах сзади рысили два наиболее упорных телохранителя. Все остальные откатывались назад. Павел же скачал до тех пор, пока не достигал желаемого — касался рукой стана благородного животного. Только после этого он прекращал преследование  и удовлетворённый возвращался во дворец.

Реклама